Орловское областное отделение
коммунистической партии
российской федерации

Собрать областное здравоохранение

Константин Евгеньевич Бобраков возглавил департамент здравоохранения Орловской области в декабре прошлого года. В структуру начинают возвращаться люди, которые при прежнем руководителе из нее ушли.

Должность К. Е. Бобракова, мягко говоря, непростая: очень сложные задачи, решение которых во многом зависит не только от возможностей и компетенций Орловской области. Огромное количество проблем имеет федеральное происхождение, но решать их приходится на местном (региональном) уровне.

Здравоохранение гипер-социально ответственно и при этом забюрократизировано. С одной стороны, требуется максимальная близость к людям и скорость реакции, с другой — существует множество тормозящих процесс формальностей.

Проблема обеспечения лекарствами льготников

На лекарственное обеспечение одного федерального льготника по нормативу положено 1326 руб. 40 коп. в месяц. Но часто лекарство стоит в пять-шесть и даже десять раз дороже. Областное здравоохранение начинает «крутиться», ведь государственный чиновник не может комментировать и критиковать законы, он должен их выполнять.

Федеральную льготу можно получить двумя способами: натуральным (лекарствами) или деньгами. По словам К. Е Бобракова, почти 100 процентов орловских льготников выбирают деньги. И не факт, что они будут потрачены на лекарство.

Тогда здоровье человека не улучшится, а ухудшится, и вместо аптеки потребуется «медицина катастроф» — затратная госпитализация с дорогостоящим лечением. Значительная часть средств попросту вымывается из регионального здравоохранения через монитизацию льгот. При этом ответственность за здоровье пациентов с врачей никто не снимал.

Дальше — больше. Недавно был отменен 942-й областной закон, ограничивавший использование региональных средств для пожелавших воспользоваться монетизированной льготой. Если человеку не хватало на приобретение препарата нормативных 1326 руб. 40 коп., он оставался без лечения, а система, по закону, не могла вмешаться. Теперь в Орловской области и во многих других регионах льготник, даже выбрав монетизацию, имеет право на лекарственное обеспечение за счет регионального бюджета. Это гуманно, но нагрузка на региональный бюджет еще больше возросла.

Миллиарды рублей в масштабах всей страны выводятся из системы здравоохранения через монетизацию. Тогда почему ее не отменить? Однако, этого не происходит. Дело доходит до парадокса: Министерство здравоохранения — государственная структура — взывает к здравому смыслу и гражданской ответственности самих льготников и чуть не умоляет их выбирать не деньги, а лекарства. Ничего другого Министерству в этой ситуации делать не остается.

К. Е. Бобраков солидарен с позицией Минздрава. Миллиарды рублей монетизированных льгот в масштабах страны — это миллионы рублей для областного здравоохранения, которые в региональной казне не были бы лишними.

— В данной ситуации мы можем только взывать к разуму и сочувствию, — поясняет парадоксальное положение руководитель областного департамента. — Люди должны понять, что чем больше средств окажется в системе, тем больше их достанется пациентам с дорогостоящим и сложным лечением, в том числе детям, онкобольным, больным сахарным диабетом. Поэтому и информационную политику нужно проводить по-другому. Не как раньше: «Не забудьте написать заявление на монетизацию, вы имеете на это право!», а: «Задумайтесь, стоит ли это заявление писать вообще».

Сработает ли призыв? Возможно. Но лично я сомневаюсь. Апелляция к разуму и социальной ответственности, если закон позволяет сделать другой выбор, как правило, малопродуктивна. Федеральную проблему следует решать на федеральном уровне, перестав подменять лечение мнимой возможностью его купить.

Информационная система помогла бы, но…

Бывает так: лекарство льготнику выписали, а тот не может его получить. Почему? Объяснение, если коротко, в сложной и забюрократизированной процедуре закупок, на которую дополнительным грузом накладывается еще не преодоленная технологическая отсталость информационной системы областного здравоохранения.

Заявка на лекарство, соответствующая реальным потребностям льготника (которые еще нужно грамотно определить), должна быть столь же грамотно сформирована. И у этого процесса очень много составляющих.

Первая стадия — лечащий врач и «иные ответственные лица в поликлиниках и центральных районных больницах», иначе говоря, всюду, где проходит амбулаторное лечение пациентов в рамках льготного лекарственного обеспечения.

«Человеческий фактор, — дипломатично обобщает К. Е. Бобраков, — одно из главных звеньев комплексной проблемы, пока только находящейся в стадии решения...»

Второе: заявка должна соответствовать реально присутствующим на рынке препаратам. Казалось бы, а как иначе? Как можно заказать то, чего нет, выписав то, что сложно или невозможно купить? Тем не менее, бывают и такие случаи. «Они единичны, но очень чувствительны», — обозначает тему собеседник.

Вкратце: департамент здравоохранения совместно с Росдравнадзором периодически обновляют список существующих лекарств, доводя его до профессионального сведения руководителей медицинский организаций. Однако, дойдя до конечного исполнителя, обновленная информация, скажем так, порой «теряется».

Срабатывает тот самый человеческий фактор, усугубленный пока еще не отлаженной информационной системой, которая в идеале исключает ошибки с назначением не существующих на рынке лекарств, попросту их блокируя. В Орловской области, повторюсь, такой системы пока нет.

Лечащему врачу при назначении лекарства, продолжает К. Е. Бобраков, нужно знать, в каких дозировках применяются существующие на рынке препараты; следует хорошо разбираться в фармокинетике и фармодинамике, а не применять по старинке привычные, но уже не работающие схемы. То есть назначать лечение следует в рамках клинических рекомендаций, утвержденных Минздравом.

Игнорирование этих рекомендаций приводит к тому, что врач, выписав льготнику лекарство, которого на рынке в данный момент нет, проводит работу впустую: пациент ждет, лекарство не появляется. А если появится, то не скоро, если появится вообще.

Эту проблему, повторим, помогает решить отлаженная информационная система, однако и она не всесильна.

Бывает, продолжает К. Е. Бобраков, что медику необходимо выйти за пределы клинических рекомендаций для назначения положительно себя зарекомендовавших препаратов, еще не вошедших в официально утвержденный перечень. Для этого собирается врачебная комиссия, которая усиливает и узаконивает принятое решение, чтобы превратить его в рецепт. Речь, как правило, идет об очень дорогих препаратах.

Врачи сделали свою работу, но без поставщиков лекарств рецепт остается пустой бумажкой. Тем же нужно заявиться на торги, пройти конкурсную процедуру… Но бывает и так, что на торги никто не заявляется, хотя нужный препарат на рынке есть.

С точки зрения обывателя и здравого смысла, департаменту здравоохранения в такой ситуации следовало бы взять инициативу на себя, самостоятельно купить на рынке то, что требуется пациенту, если обычная процедура дает сбой. Возможно, это разумно, но над этим предложением посмеются, поскольку оно противозаконно, конкурс обязателен для всех. Даже областной ГУП «Орелфармация» — это всего лишь один из многих участников конкурентной борьбы: чье предложение лучше и дешевле, тот и победил.

С точки зрения антикоррупционной предосторожности — мера оправданная, но для скорости выполнения заказа, а значит и эффективности лечения, это оправдание очень сомнительно.

Где-то в антикоррупционном механизме потерян или вовсе исключен такой элемент, как ответственность профессионала за принятое решение. Настоящая ответственность немыслима без самостоятельности, а в схеме лекарственных закупок она очень ограничена.

Сам собой напрашивается выход — создать запас нужных препаратов, чтобы не тратить время на их ожидание. Теоретически и даже практически — можно. Но вдруг созданный запас будет невостребован? Тогда дорогие и редкие препараты окажутся просроченными, а затем, используя народную терминологию, «за вами придут», ведь речь идет о бюджетных средствах. Попробуйте доказать проверяющим, чья задача — заботиться об эффективности расходования государственных денег, что подобные издержки оправданы.

Федерального запасника лекарств, куда экстренно можно было бы обратиться, как в «скорую» — позвонил и приехали — тоже не существует. Не исключено, что по уже озвученной выше причине. И проблема с отсутствием или долгой доставкой нужного лекарства льготнику возвращается на региональный уровень. То есть решать ее все равно придется самим.

Что можно сделать?

В областном департаменте здравоохранения создается отдел по информатизации и цифровому развитию, которого (не поверите, (21-й век!) в департаменте не было и пока все еще нет. Новой структуре нужны профессионалы не только ITнаправления. Требуются управленцы для взаимодействия с Минздравом и мед.организациями в том числе по нацпрограммам; специалисты для внедрения всего, чего у нас еще нет, чтобы в результате улучшить производительность труда медиков; нужны кадры в центр обработки данных (ЦОД), специалисты для взаимодействия с разработчиками информационной системы, внедрения ее на местах и т. д. и т. п.

Скорость обмена информацией и полнота данных при хорошо работающем интернете позволяют подготовленному фельдшеру в обычном ФАПе проводить консультации с врачами ЦРБ и даже областной клинической больницы на таком уровне, что пациентам не придется тратить время и средства не необязательные поездки в областные медучреждения только для того, чтобы «на всякий случай провериться». В результате специалисты получат возможность больше уделять времени именно тем пациентам, которые по-настоящему нуждаются в помощи, но вынуждены днями, неделями, а то и месяцами ждать приема в очередях. Уровень медицинского обслуживания значительно повышается, в том числе и в ФАПах.

— Их строительство будет продолжено, — продолжает разговор о непростых буднях областного здравоохранения его руководитель К. Е. Бобраков. — Так же, как будет продолжено и насыщение медорганизаций всех уровней современным оборудованием. Федеральная политика в этом смысле определена и неизменна, — утверждает он.

Но — переходим к новому уровню проблем — любая техника бесполезна, если нет тех, кто будет ее обслуживать и на ней работать. И в этом, кадровом вопросе, признаться, я не большой оптимист.

Областное здравоохранение, как практически все сферы современной жизни, находится в условиях рыночной конкуренции, когда за привлечение и, что не менее важно, удержание специалистов приходится в прямом смысле бороться. Людей привлекают высокая зарплата, развитая инфраструктура, хорошие жилищные условия… Мы в этой конкурентной борьбе, даже с некоторыми ближайшими соседями, победим?

Столицу вообще выводим за скобки, с ней конкурировать бесполезно. А ведь есть и другие города-миллионники, почти столь же привлекательные, пусть и более отдаленные. Молодежь всегда искала и всегда будет искать там, где лучше, не следует ее за это осуждать.

Делать ставку на подвижников-бессребреников не стоит, таких людей во все времена было мало, а в наше цинично-прагматичное время — особенно. Где брать кадры?

К. Е. Бобраков убежден, что ситуация не безнадежна. Основную ставку, по его мнению, следует делать на студентов-целевиков, ребят и девчонок из районов. Зарплата, жилищные условия, да, все это важно, говорит руководитель департамента. Но есть и что-то сверх.

Процитирую собеседника: «Все зависит от того, хотят ли сегодняшние студенты вернуться туда, где они родились, где прошло их детство. Поверьте, чувство востребованности — это очень важно. Когда родители, соседи, школьный учитель, глава района говорят будущему врачу: «Ты нам очень нужен, мы тебя ждем!» это работает как очень серьезный мотиватор. Наша задача — удержать молодых земляков от переезда или ухода из профессии».

Задача эта, убежден К. А. Бобраков, — для всего общества и всей экономики, если говорить о регионе. В этом он безусловно прав. Вопрос — как эту задачу решить.
Тема здравоохранения безгранична и очень сложна. Об этом говорит хотя бы такой факт: невероятно, но в профильном областном департаменте сегодня порядка 30% (!) вакансий. Руководитель работает без выходных.

На столе в кабинете у К. Е. Бобракова — разновидность кубика Рубика, но гораздо более сложной формы — какой-то многогранный монстр с обилием разноцветных точек, передвигающихся в сходной, но в еще более запутанной последовательности. Начальник департамента здравоохранения берет эту фигуру в руки, когда не видит быстрого и очевидного решения сложной профессиональной задачи — вращает, собирает цвета воедино. Когда в трудные минуты отвлекаешься на какой-то интеллектуальный ребус, мозг, внешне освобожденный от прежней задачи, подсознательно продолжает ее решать.

Я бы сравнил задачи, стоящие перед областным здравоохранением, с этим процессом. С одним маленьким дополнением — в сложной, разноцветной фигуре некоторые грани вообще не двигаются — запрещено федеральным законодательством, а некоторые перемещаются сами по себе, независимо от твоей воли. При этом задачу — собрать цвета воедино и устранить в «кубике» хаос — с вас никто не снимал.

В общем, обычная история. Пожелаем Константину Евгеньевичу Бобракову, его команде и всему областному здравоохранению успешного решения проблем.

С. ЗАРУДНЕВ.