Орловское областное отделение
коммунистической партии
российской федерации

«Просто делали то, что было нужно»

Люди, прошедшие войну, — кладезь замечательных историй, забавных и грустных, поучительных и невероятных. Лишь малая часть этих историй где-то опубликована или записана, в основном они живут лишь в памяти ветеранов, их близких и потом так и уходят вместе с ними. А как хочется, чтоб не уходили: ни люди, ни их истории…

Первое впечатление бывает ошибочным…

В начале Великой Отечественной войны на фронт попал колхозник-сибиряк не совсем призывного возраста, лет эдак около шестидесяти. Тогда пополнение слали со всех сторон. Только бы продержаться. В его документах значилось, что нигде никогда не служил, военной специальности не имеет.

Поскольку был деревенский, определили его возницей при полевой кухне. Раз крестьянин, значит, с лошадьми точно управится. Выдали старинную трехлинейку времен гражданской войны и подсумок с патронами. Принялся наш пенсионер доставлять еду на передовую. Работа несложная, но очень ответственная, ибо голодный солдат — не солдат. Война — войной, а обед должен прибыть по расписанию.

Конечно, случались и опоздания. А попробуйте не опоздать под бомбардировкой! Уж лучше кашу, пусть и холодную, но в целости и сохранности довезти, чем подбирать с земли горячую жижу из разбомбленной полевой кухни.

Так он проездил с месяц. Однажды, как обычно, поехал возница в очередной рейс. Сначала завез обед в штаб, а потом и на передовую потрусили со своей сивкой-буркой. Ехать от штаба до окопов было минут тридцать. По рации на передовую сообщили:

— Порядок, кухня выехала. Ждите! Ложки готовьте.

Солдаты ждут час, второй, третий. Забеспокоились! На дороге тихо. Бомбежки рядом не слыхать, а кухни нет! Послали трех бойцов по маршруту следования кухни. Проверить, что случилось.

Спустя некоторое время солдаты наблюдают следующий пейзаж. На дороге лежит убитая лошадь, рядом стоит простреленная в нескольких местах кухня. На колесо кухни присел пожилой мужик и курит. А у его ног сложены семь немецких трупов в защитных маскхалатах.

Все убитые — здоровущие мужики, отлично экипированные. Видать, диверсанты. К штабу подбирались, не иначе. Солдаты глаза таращат:

— Кто это сделал?

— Я, — спокойно отвечает пожилой нестроевик.

— Как тебе удалось? — не верит старший группы.

— Однако, вот из этой берданы всех и пострелял, — возница предъявляет свое антикварное ружьё.

Отослали гонца в штаб, начали разбираться. Оказался нестроевой пенсионер потомственным охотником-сибиряком. Из тех, кто реально белке в глаз попадает. Пока месяц на передовую ездил, свою винтовку от неча делать хорошенько пристрелял.

Когда напали, укрылся за повозкой и положил всю диверсионную группу из своего бердана. А немцы особо и не таились, перли дуриком прямо на кухню. Совсем не ожидали, что хилый русский дедуля их одного за другим носом в пыль ткнет.

Наградили потом пенсионера медалью и в снайперы перевели. Дошел до Праги, где после ранения был комиссован. После войны он эту историю своим внукам рассказывал, объяснял, за что его в первый раз наградили.

«За поднятие боевого духа»

Было это в 1945 году. Великая Отечественная шла к концу. Наши войска уже продвигались по Германии. У дороги показался указатель с надписью «Веrlin 100 km».

И что-то в этой надписи было как-то совсем не по-нашему. То ли строгий готический шрифт, то ли надпись на языке уже по сути поверженного врага, то ли высокомерная аккуратность у пыльной дороги. Всё это не хотела принимать душа советского солдата. Нашёлся среди них шутник, который исправил ситуацию, дописал внизу: «Х..ня — дойдём!».

И сразу стало веселее! проходят мимо указателя измученные сражениями, всеми тяготами и лишениями бойцы и их усталый угрюмый вид сменяется улыбками, неизвестно откуда берутся силы бодрее идти вперёд.

В это время по дороге проезжал кто-то из высокого начальства и поинтересовался причиной внезапного веселья. Прямым текстом содержимое надписи доложить никто не решился, пришлось самому ехать почитать «первоисточник».

Прочитав надпись, немедленно потребовал вызвать шутника к себе. Делать нечего, пришлось нашему герою сознаться в содеянном, не смотря на серьёзный вид высокого чина с большими звёздами на погонах. Не перекладывать же свою вину на боевых товарищей! Уже был готов понести суровое наказание по законам военного времени, как неожиданно для всех был представлен к награде с формулировкой «За поднятие боевого духа».

Забрали, всё забрали!

— Единственная моя фронтовая фотография была сделана в польском городе Сампольно. Поначалу переговоры с местным фотографом не давали результатов, на все просьбы он отвечал: «Нема ниц, вшистко герман забрал» («Ничего нет, все забрали немцы»).

Только когда мы предложили мастеру мешок сахарного песку и половину свиной туши — из трофейных запасов, — все сразу нашлось, и фотографии были готовы на следующий же день.

Лучшей валютой были продукты, мыло, полотенца, нижнее солдатское белье, топоры и лопаты. Но нам выдавали и злотые, правда, не пользующиеся спросом. Мы убедились в этом в деревушке со странным названием Воля Огрызкова, которое было написано на дорожном указателе латинскими буквами.

Хотели купить у селян самогон и чего-нибудь съестного. У одного из домов мы увидели пожилого пана и, поздоровавшись, начали переговоры: — Пан, у тебя вутка до пшедання есть? («Есть водка на продажу?») — Нема ниц, вшистко герман забрал. («Ничего нет, все немец забрал».) О чем бы мы ни просили, даже напиться воды — в ответ звучала стандартная фраза.

Наконец один из наших произнес: — А совесть у пана есть? — Нема ниц, вшистко герман забрал! — Мы встретили этот ответ дружным хохотом.

От автора. Мне повезло — я много общался с ветеранами той войны. Поразительнее всего в этих людях было их безграничное чувство юмора и любовь к жизни. К ним тянулись все — люди, собаки, кошки и везде они моментально становились душой компании. Парадокс, но эти старики, прошедшие огонь, воду и медные трубы, в душе были моложе нас, молодых!

С ними, ребята, было здорово и очень интересно. Наверное потому, что они не пытались что-то вдолбить, наехать своим авторитетом и т. д, они просто показывали личным примером, как надо. Смотришь на ордена деда и спрашиваешь: «Дед, ты герой?»,а он тебе в ответ: «Ну что ты! Просто делал то, что было нужно…» Великое, светлое поколение, «просто» спасшее весь мир от гибели…

По материалам интернета.